— А Иван Андреич снова приболел, очередной инфаркт, уже третий, но поправляется, скоро обещал быть.

— Кто этот Селиванов? — негромко спросил Андрей у Рыжего.

— Батя, — тоже негромко ответил тот, — Создатель «Зари», Бог и царь.

— А это кто такой? — Андрей кивнул в сторону чернявого, отвечавшего на вопросы окруживших его старателей.

— Это Мациевич, главбух, еврей.

— Ну это почти одно и то же, — пошутил лейтенант, и Рыжий охотно засмеялся.

На время нас разместили в приземистом щитовом бараке с двухъярусными койками, как в армии. Мне показалось, что оформление документов выглядело довольно небрежно. Дымящий сигаретой чиновник записывал в учетной карточке наши данные по паспорту, а трудовую книжку небрежно кидал в общую кучу. Более долгой оказалась процедура получения спецодежды. Кроме обычной робы, мы получили и кое-что новенькое: два накомарника и что-то вроде кольчуги от комаров, защищающих тело, руки и шею. Все это время мы с Андреем были неразлучны. Больше всего я боялся, что нас отправят в разные бригады, но на перекличке наши фамилии прозвучали рядом.

Вечер прошел исключительно весело, даже и без водки. У всех было приподнятое настроение, и шутки Рыжего шли особенно хорошо. Весь вечер Андрей и еще несколько человек пытались хоть раз поставить Рыжика в тупик, подковырнуть его так, чтобы он растерялся и не смог ответить. Бесполезно, тот выворачивался из всех положений.

— Слышь, Рыжий, а правда ты раз медведицу отодрал? — подмигивая нам, спросил очередной шутник.

— Было дело, было, — кивал головой Рыжий. — А что медведица, не баба, что ли? Я в наших деревнях и не таких встречал, куда там медведице.

И под общий хохот он разводил руки, показывая размеры своих красавец.

— Это все ерунда, медведица, — перебивал общий хор Потапов, здоровущий мужик просто невероятных габаритов. — Вот говорят, тебя медведь как-то поимел, как было дело?